The following sermon was preached by His Grace Bishop Irenei of London and Western Europe in the London Cathedral of the Nativity of the Mother of God and Holy Royal Martyrs on the Feast of St John the Wonderworker of Shanghai and San Francisco, 18th June / 1st July 2023.

Нижеследующая проповедь на английском и русском языках была произнесена Преосвященнейшим епископом Лондонским и Западно-Европейским Иринеем в Лондонском соборе Рождества Богородицы и святых Царственных мучеников в праздник святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского чудотворца, 18 июня / 1 июля 2023 г.


In the Name of the Father, and of the Son, and of the Holy Spirit:

My dear brothers and sisters, the testimony of the great Archpastor of the Orthodox diaspora, our beloved Vladyka St John, is one of simplicity: simple faith, simple trust, simple obedience, simple love.

All around us, in the fallen world of these latter days, a people fascinated with complexity and abstraction wanders further and further away from truth. Supposed intellectual endeavour is used as an excuse to distance oneself from truth more and more completely, adding layer upon layer of interpretation, definition, dialogue and distraction, so that if, in the end, a poor soul manages to really believe anything at all, it is as much a ‘truth’ of her own devising as anything else. And we even hear this absurd phrase in our day: individuals speak of ‘my truth’, as if this concept were anything other than complete absurdity — for modern society has fallen to psychological and spiritual delusion of believing that even truth itself is subject to personal interpretation, definition and identification.

O poor and sorrowful generation! O broken and wounded world, so ready to believe a lie! How soon we might be drawn towards despair, if we did not have teachers and guides to show us a better way.

And so it is: in this sea of error we possess the precious life-raft that is the example of our dear St John, whose sacred memory we keep today. Vladyka John demonstrates truth as it really is, and the means by which man may attain it, even in the darkest of circumstances.

St John demonstrates that faith must be simple: the simple act of actually believing what the Lord says, in His Church and through His saints, and adhering plainly to the plain truth of the Gospel. Faith is not a complex collaboration of intellectual creativity and philosophical enquiry; it is a heart responding in humility to the self-revelation of God, in the only manner that piety truly can: by receiving what is revealed, accepting it as it is revealed, and living in that revelation. This simplicity of faith marked out the whole of Vladyka John’s life. When God said ’Believe this,’ St John believed it without question. When God promised He would save His people, St John was certain this would come to pass, even when the world and society seemed to collapse around him.

This is because simple faith gives birth to simple trust, which was similarly exemplified in Vladyka’s life. It is hard to trust a God in whom one has faith only through elaborate mental gymnastics of personal interpretation, qualification and determination; but trust becomes a simple matter in a heart that has a faith grounded in simplicity. God said, ‘I will be with you,’ and St John trusted automatically this would be the case. He did not need to wrestle intellectually with questions surrounding the existence of suffering in the world or how to interpret it, or God’s providence, in light of religious teaching, which captivate man’s attention and drive him nearly mad every time he encounters suffering or hardship. St John simply trusted that the Lord of his faith would do as He said He would do. I remember speaking with one of St John’s orphans, from the period of his archpastoral service in Shanghai, before he was the Ruling Bishop here, where he was responsible for a great orphanage filled with many children. ‘Sometimes we would run out of food, or milk,’ she told me, ‘and we wouldn’t know what to do or where support would come from. But Vladyka would simply gather us on our knees before the icon of the Theotokos, and tell us not to worry. And the next morning, without fail, some benefactor would arrive with a crate of food or other supplies — just like that!’ This is simple trust, and these are its fruits.

And simple trust is connected to simple obedience. How much, today, does our weak generation of Christians, need the example of this holy Hierarch in this regard! St John instinctively knew that being a Christian required a radical, simple obedience to the Church’s Gospel. When Christ said to fast, fasting was to be done — no questions, no exceptions. When forgiveness was commanded, forgiveness was to be practiced — no questions, no exceptions. When the Church said to behave in a certain way, or dress in a certain way, these were to be heeded without any interjection of personal preference or justification. This is what is commanded, this is what is done. St John’s whole life exemplified such simple obedience, and it transformed him into a saint and miracle-worker, even in this life. St John’s faith was able to move mountains, and heal the sick, and bring life to deadened hearts, because he did what the Lord says is required in order to move mountains and heal lives. He had the simple faith to believe the Lord when He said such things were possible; the simple trust to believe the Lord would fulfil His promises; and the simple obedience that permitted him to follow the Lord’s commandments into the wondrous reality of a life transformed by Him.

And this, in turn, created in Vladyka John a simple, profound, and life-changing love. Because it was built on the obedient adherence to the commandments of God, St John’s love was unmediated by his own personal sentiments, desires or interpretations of the nature of love, or of who is loveable, or of what love ought to look like. Real love is the love of God, shared by man. God shows, in Christ, the nature and the manifestation of love; it is the Christian’s task to follow it. So Vladyka loved as God loves: a love directed towards everyone; a love that embraced the sinner and the saint; a love that could be gentle and tender when this was required, or which could be fierce and corrective when required — just as our Lord and Saviour always exemplified love, which in Him was sometimes gentle and sometimes firm. St John did not choose whom to love or how to love; he obediently united himself to the Love of his teacher, Jesus Christ. And his love, in turn, had the power of Christ’s. This simple love saw into hearts, could perceive the innermost thoughts of men, and could — and does — heal them.

My dear ones, how great and wonderful are the mercies of our God! How manifold are the gifts He offers to His saints! But Vladyka John’s pastoral work can only be fulfilled in us, his spiritual descendants, if we are willing to learn, from him, how we also must live. Our beloved Archbishop is guiding us into the very life that is required of us today: we must cast aside the seeming complexity of modern religiosity and social norms, and return to the simple faith, simple trust, simple obedience and simple love of our forefathers. Only in this way, St John’s example says to us, can we become true Christians, the Gospel taking flame in our hearts. This, my dear ones, is the path the great saint sets before us today: let us follow it with all our strength! O Holy Hierarch and Father John, pray to God for us! Amen.


Во имя Отца и Сына и Святого Духа:

Дорогие братья и сестры! Свидетельство великого архипастыря православного зарубежья, возлюбленного владыки святителя Иоанна, есть свидетельство простоты: простая вера, простое доверие, простое послушание, и простая любовь.

Вокруг нас, в падшем мире этих последних дней, люди, увлеченные сложностью и абстракцией, все дальше и дальше уходят от истины. Предполагаемое интеллектуальное усилие используется в качестве предлога для того, чтобы все более и более отдаляться от истины, добавляя слой за слоем интерпретацию, определение, диалог и отвлечение, так что, если, в конце концов, бедной душе удается действительно верить во что-либо вообще, это такая же «истина» ее собственного изобретения, как и все остальное. И эту нелепую фразу мы слышим даже в наши дни: люди говорят о «своей истине», как будто это понятие есть не что иное, как полная нелепость, — ибо современное общество впало в психологическое и духовное заблуждение, полагая, что и сама истина подчинена личной интерпретации, определению и идентификации.

О бедное и скорбное поколение! О сломленный и израненный мир, так готовый поверить лжи! Как скоро мы могли бы погрузиться в отчаяние, если бы у нас не было учителей и проводников, которые указали бы нам правильный путь.

Так оно и есть: в этом море заблуждений мы обладаем драгоценным спасательным кругом, которым является пример нашего дорогого святителя Иоанна, святую память которого мы чествуем и сегодня. Владыка Иоанн показывает истину, как она есть на самом деле, и средства, которыми человек может достичь ее даже в самых мрачных обстоятельствах.

Св. Иоанн показывает, что вера должна быть простой: простой акт действительной веры в то, что говорит Господь в его Церкви и через его Святых, и твердое следование простой евангельской истине. Вера — это не сложное сочетание интеллектуального творчества и философского исследования; это сердце, смиренно отвечающее на самооткровение Бога единственным способом, на который действительно может ответить благочестие: принимая то, что открыто, принимая его таким, как оно открыто, и живя в этом откровении. Такая простота веры отличала всю жизнь владыки Иоанна. Когда Бог сказал: «Веруйте сему», святитель Иоанн безоговорочно поверил. Когда Бог обещал спасти Свой народ, святитель Иоанн был уверен, что это произойдет, даже когда казалось, что мир и общество вокруг него рушатся.

Это потому, что простая вера рождает простое доверие, которое также имело место в жизни владыки. Трудно доверять Богу, в которого веришь только посредством сложной умственной гимнастики личного толкования, квалификации и определения; но доверие становится простым делом в сердце, вера которого основана на простоте. Бог сказал: «Аз есмь с вами», и святитель, не задумываясь, уверовал, что так и будет. Ему не нужно было интеллектуально ломать голову над вопросами о существовании страдания в мире или о том, как его истолковать, или о Божьем Промысле в свете религиозного учения, которое пленяет внимание человека и доводит его почти до безумия каждый раз, когда он сталкивается со страданием или лишением. Святитель Иоанн просто верил, что Господь его веры сделает то, что Он сказал. Помню, я разговаривал с одной из сирот из приюта святителя Иоанна, которая с ним жила в периоде его архипастырского служения в Шанхае, до того, как он был Правящим архиереем здесь, в нашей Богоспасаемой епархии, где он отвечал за большой многодетный приют. «Иногда у нас заканчивалась еда или молоко, — рассказывала она мне, — и мы не знали, что делать и откуда получить поддержку. А владыка просто нас собирал на колени перед иконой Богородицы и говорил, чтобы мы не волновались. А наутро непременно приедет какой-нибудь благодетель с ящиком еды или других припасов — вот так!» Вот простое доверие, и вот его плоды.

А простое доверие связано с простым послушанием. Как же сегодня наше слабое поколение христиан нуждается в примере нашего святителя! Святой Иоанн не сомнительно знал, что христианство требует решительного и простого послушания Евангелию и Церкви. Когда Христос призывал поститься, нужно было поститься — без вопросов, без исключений. Когда велено прощать, прощение нужно практиковать — без вопросов, без исключений. Когда Церковь говорит «вести себя определенным образом» или «одеваться определенным образом», эти правила должны были соблюдаться без каких-либо прибавок личного предпочтения или оправдания. Это то, что велено; это то, что делается. Вся жизнь святителя Иоанна являла собой пример такого простого послушания, и это его превратило в святого и чудотворца уже в земной жизни. Вера святого Иоанна была способна передвигать горы, исцелять больных и оживлять окаменелые сердца, потому что он делал то, что, по словам Господа, требуется для того, чтобы сдвинуть горы и исцелить жизнь. У него была простая вера, чтобы поверить Господу, когда Он сказал, что такие вещи возможны; простое доверие в то, что Господь исполнит свои обещания; и простое послушание, позволившее ему следовать заповедям Господа в чудесную реальность преображенной Им жизни.

А это, в свою очередь, породило во владыке Иоанне простую, глубокую и преображающую жизнь любовь. Поскольку она была построена на послушном следовании заповедям Божиим, любовь святителя Иоанна не была опосредована его собственными личными чувствами, желаниями или толкованиями природы любви, или того, кто достоин любви, или того, на что должна быть похожа любовь. Настоящая любовь — это любовь Бога, разделяемая человеком. Бог во Христе показывает природу и проявление любви; задача христианина — следовать Ему. Так владыка любил, как любит Бог: с любовью, обращенной ко всем; любовью, которая охватила грешника и святого; с любовью, которая могла быть мягкой и нежной, когда это требовалось, или которая могла быть яростной и исправляющей, когда надобилось, — точно так же, как наш Господь и Спаситель всегда являл собой пример любви, которая в Нем была иногда нежной, а иногда твердой. Святой Иоанн не выбирал, кого любить или как любить; он послушно соединил себя с Любовью своего учителя, Иисуса Христа. А его любовь, в свою очередь, имела силу Христовой. Его простая любовь заглядывала в сердца, могла постигать самые сокровенные мысли людей и могла их исцелять — и ныне нас также исцеляет.

Дорогие мои, как велики и чудесны милости Бога нашего! Как многообразны дары, которые Он предлагает своим Святым! Но пастырское дело владыки Иоанна может осуществиться в нас, его духовных потомках, только в том случае, если мы захотим научиться у него тому, как и нам надо жить. Наш возлюбленный Архиерей ведет нас к той самой жизни, которая требуется сегодня от нас: мы должны отбросить кажущуюся сложность современной религиозности и социальных норм и вернуться к простой вере, простому доверию, простому послушанию и простой любви наших предков. Только так, говорит нам пример святителя Иоанна, мы можем стать истинными христианами, возгоревшись Евангелием в наших сердцах. Вот, мои дорогие, путь, который предлагает нам великий Святой: пойдем по нему изо всех наших сил! Святителе отче Иоанне, моли Бога о нас! Аминь.