(On small screens, scroll down for the homily in EnglishRussian, and French. | На маленьких экранах прокрутите вниз, чтобы увидеть текст на английском и русском и французском языках.)

The following homily was delivered by Bishop Irenei of London and Western Europe on the 21st Sunday after Holy Pentecost, 16 / 29 October 2023. in the Parish of the Resurrection of Christ in Brussels, Belgium. | Следующее слово было произнесено епископом Лондонским и Западно-Европейским Иринеем в 21-е воскресенье по Святой Пятидесятнице, 16 / 29 октября 2023 г., в приходе Воскресения Христова в Брюсселе, Бельгия.


In the Name of the Father, and of the Son, and of the Holy Spirit! My beloved brothers and sisters, I wish to say today a few words about the ultimate nature and aim of our spiritual life. We live in a world of confusion, where even the simplest and plainest things are often misunderstood. How much more is it the case that things of great importance, which relate to the very essence of our existence, are not understood in these latter days! But while we can understand this blindness, or rather, this wilful ignorance, amongst those who live in the world apart from the Church, we who live in her embrace have no excuse. The truth is given to us, and wholly; we must receive it, wholly, and strive to understand it, and live according to it.

It is of precisely this that the Apostle spoke in today’s reading from his epistle to the Church in Galatia (cf. Galatians 2.16-20). Already in the first generation of the Church’s life, in the days of the Holy Apostles themselves, there was misunderstanding over the nature of Christian life. The Law of God had been revealed for generations and centuries, and man had strived — to greater and lesser success — to live according to it (though there were some, of course, who openly rejected it, and who still do so today). And there were those who thought that, when Christ came, He came to reinforce the adherence to the Law and the righteousness that came from following it. So it had always been, they presumed; so it would always be. Man knew that the Law came from God, but yet presumed that it was solely God’s revelation to man of a code of conduct, similar to the kinds of laws they wrote for themselves, even if having a divine origin. Its purpose was to control man’s impulses, order his society, and guide it in righteousness.

Man had not yet understood that the Law had a greater purpose: to bring the human race to the threshold of unity with God Himself. Its aim is not merely to guide humanity in righteousness, but to bring humanity into the embrace of God, fully revealed in the incarnate Jesus Christ, Who can make man truly righteous by uniting him to Himself. The Law was, and is, the preparation of the human race for the coming of the Saviour, Our Lord Jesus Christ, Who gave the Law to draw man into His embrace, that in the end He might make of our lives something new, something infinitely greater and holier than anything that adherence to the strictures of the Law could alone produce.

And this the Apostle conveys to us through the words we heard today. ‘[We know] that a man is not justified by the works of the Law’, he writes, ‘but by faith in Jesus Christ … for by the works of the law no flesh shall be justified’ (Galatians 2.16). When we hear St Paul say such things, we must do so while remembering that he was amongst the most well-educated experts of his day in the Law of God. He knew its every letter, every stroke, and had dedicated his life to upholding it. And this is the very man who says, a little later in his letter, ‘For through the Law I died to the Law, that I might live to God’ (Galatians 2.19). The holy Apostle followed the Law so strictly, so fervently, that ultimately it became clear to him that the Law could not, and indeed was not meant to, do the thing he had so long thought: namely, create a righteous life, a pious soul, or a sanctified person. No, the Law ultimately conveyed to St Paul his weakness, his finitude, and his inabiltiy to save or sanctify himself. ‘Through the Law I died to the Law.’ To this revelation the saint ultimately comes. It is a moment of profound understanding.

But why do I speak of this to you today, here in the capital of our beloved Belgian land? Or rather, why does the Holy Church, all these centuries after they were written, continue to bring these personal words of the Apostle to us? It is precisely to help us understand the spiritual truth of the Life in Christ as it relates to us, even in our own day: that it is not a life bound up in the keeping of the Law, but in ‘living unto God’, as St Paul says. The Law pushes us towards this, prepares us for this, guides us to this — but what is it, really and precisely, to live unto Christ?

The Apostle answers with what are amongst his most beautiful words, and perhaps some of the most beautiful words any man has ever written: ‘I have been crucified with Christ; it is no longer I who live, but Christ liveth in me; and the life which I now live in the flesh I live by faith in the Son of God, Who loved me and gave Himself for me’ (2.20). This, my dear ones, is the Apostle Paul’s personal ‘portrait’ of the true Life in Christ. It is literally exactly that: a life lived in communion with the Saviour Himself, united to Him, so that His life and man’s life become one. ‘It is no longer I who live, but Christ liveth in me.’ So close can man’s life come to God’s, so united can they become, that when the person looks into his own heart, despite all its weakness and finitude, he can behold the presence of God. So sanctified can a human life become, that we can look into the eyes of a fellow creature of dust and earth, and in the face looking back at us, we can see the face of God Himself.

This is so much more than the keeping of a moral code or the adherence to a set of rules. Yes, those things are important. The Church gives us the Law of God as a tool, a resource. It is a divine gift to help us arrive at a Christian life. But let us not confuse the tools with the life itself. We are called, each of us, to a life of communion in the life of God. We are called to be made so close to our Saviour that we perceive Him in ourselves. We are called to be transformed through this communion: to become new creatures, filled with the true life of eternity.

May we have the wisdom to understand this high calling, and to live each day in a manner worth of attaining it. Amen!


Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Мои возлюбленные братья и сестры, я хочу сказать сегодня несколько слов о природе и конечной цели нашей духовной жизни. Мы живем в мире путаницы, где даже самые простые и понятные вещи часто понимаются неправильно. Тем более не понимаются в эти последние дни вещи огромной важности, относящиеся к самой сути нашего существования! Но хотя мы можем понять эту слепоту или, вернее, это сознательное невежество среди тех, кто живет в мире отдельно от Церкви, нам, живущим в ее объятиях, нет оправдания. Истина дана нам, и целиком; мы должны принять ее целиком, стремиться понять ее и жить согласно ей.

Именно об этом говорил святой Апостол в сегодняшнем чтении своего послания к Церкви в Галатии (ср. Гал. 2, 16-20). Уже в первом поколении жизни Церкви, во времена самих святых Апостолов, было непонимание природы христианской жизни. Закон Божий был открыт людям на протяжении поколений и столетий, и человек стремился — с большим или меньшим успехом — жить согласно ему (хотя были, конечно, и те, кто открыто отвергал его и делает так до сих пор). И были те, кто думал, что, когда пришел Христос, Он пришел, чтобы укрепить приверженность Закону и праведность, возникшую в результате следования ему. Они полагали, что так было всегда: и так всегда будет. Человек знал, что Закон исходит от Бога, но все же предполагал, что это было лишь Божье откровение «кодекса поведения», подобного тем законам, которые люди написали для себя сами, даже если этот кодекс имел божественное происхождение. Его цель заключалась в том, чтобы контролировать импульсы человека, упорядочивать общество и направлять его в праведность.

Но человек еще не понял, что Закон имел более великую цель: привести род человеческий к порогу единения с самим Богом. Его цель – не просто вести человечество в праведности, но привести человечество в объятия Бога, полностью раскрытого в воплощенном Иисусе Христе, который может сделать человека по-настоящему праведным, соединив его с Собой. Закон был, и есть, подготовка рода человеческого к пришествию Спасителя, Господа нашего Иисуса Христа, который сам дал Закон, чтобы привлечь человека в Свои объятия, и в конце концов сделать из нашей жизни нечто новое, бесконечное, более великое и святое, чем все, что могло бы создать следование букве Закону.

И это передает нам Апостол через слова, которые мы сегодня услышали. «Однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа … ибо делами закона не оправдается никакая плоть» (к Гал. 2, 16). Когда мы слышим, как святой Павел говорит это, мы должны помнить, что он был одним из самых образованных знатоков Закона Божьего своего времени. Он знал каждую его букву, каждый штрих и посвятил свою жизнь его сохранению. И это тот самый человек, который немного позже в своем письме говорит: «Законом я умер для закона, чтобы жить для Бога. Я сораспялся Христу» (2, 19). Святой Апостол следовал Закону так строго, так ревностно, что в конце концов ему стало ясно, что Закон не может, да и не должен совершить то, о чем он так долго думал: а именно создать праведную жизнь, благочестивую душу или освященного человека. Нет, Закон в конечном итоге дал святому Павлу осознать его слабость, его ограниченность и неспособность спасти или освятить себя. «Законом я умер для Закона». К этому откровению в конце концов приходит святой. Это момент глубокого понимания.

Но почему я говорю об этом вам сегодня, здесь, в столице нашей любимой бельгийской земли? Вернее, почему Святая Церковь все эти столетия после написания этих личных слов Апостола продолжает доносить их до нас? Именно для того, чтобы помочь нам понять духовную истину Жизни во Христе, как она относится к нам, даже в наши дни: что это не жизнь, связанная с соблюдением Закона, но с «жизнью для Бога», как говорит святой Павел. Закон подталкивает нас к этому, подготавливает нас к этому, но что же такое на самом деле и именно — «жить для Бога»?

Апостол отвечает одними из своих самых прекрасных слов и, возможно, одними из самых красивых слов, которые когда-либо писал человек: «Уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня» (2, 20). Это, дорогие мои, личный «портрет» истинной Жизни во Христе Апостола. Буквально именно это: жизнь, прожитая в общении с самим Спасителем, соединённая с Ним, чтобы Его жизнь и жизнь человека стали едины. «Уже не я живу, но живет во мне Христос.» Жизнь человека может приблизиться к жизни Бога, настолько едины они могут стать, что, когда человек заглянет в свое сердце, несмотря на всю свою слабость, он сможет узреть присутствие Бога. Настолько освященной может стать человеческая жизнь, что мы сможем посмотреть в глаза собрата, состоящего из праха и земли, и в лице, смотрящем на нас, мы сможем увидеть лик самого Бога.

Это гораздо больше, чем просто соблюдение морального кодекса или набора правил. Да, эти вещи важны. Церковь дает нам Закон Божий как инструмент, ресурс. Это божественный дар, помогающий нам прийти к христианской жизни. Но давайте не будем путать инструменты с самой жизнью. Каждый из нас призван к жизни общения с жизнью Бога. Мы призваны стать настолько близкими к нашему Спасителю, чтобы воспринимать Его в себе. Мы призваны преобразиться через это общение: стать новыми творениями, наполненными истинной жизнью вечности.

Да хватит нам мудрости понять это высокое призвание и прожить каждый день так, чтобы достичь его. Аминь!


Au nom du Père, et du Fils et du Saint-Esprit ! Mes frères et sœurs bien-aimés, je souhaite dire aujourd’hui quelques mots sur la nature et le but ultimes de notre vie spirituelle. Nous vivons dans un monde de confusion, où même les choses les plus simples et les plus claires sont souvent mal comprises. Combien plus est-il vrai que des choses de grande importance, qui concernent l’essence même de notre existence, ne sont pas comprises dans ces derniers jours ! Mais si nous pouvons comprendre cet aveuglement, ou plutôt cette ignorance volontaire, de la part de ceux qui vivent dans un monde séparé de l’Église, nous qui vivons dans ses bras n’avons aucune excuse. La vérité nous est donnée, et dans son intégralité ; nous devons le recevoir dans son intégralité, nous efforcer de le comprendre et de vivre selon lui.

C’est précisément de cela que parle l’Apôtre dans la lecture d’aujourd’hui de son épître à l’Église de Galatie (cf. Galates 2, 16-20). Dès la première génération de la vie de l’Église, à l’époque des Saints Apôtres eux-mêmes, il y avait un malentendu sur la nature de la vie chrétienne. La Loi de Dieu avait été révélée pendant des générations et des siècles, et l’homme s’était efforcé – avec plus ou moins de succès – de vivre selon elle (même si certains, bien sûr, la rejetaient ouvertement, et le font encore aujourd’hui). Et il y avait ceux qui pensaient que, lorsque Christ est venu, il est venu renforcer l’adhésion à la Loi et la justice qui découle de son respect. Il en avait toujours été ainsi, présumaient-ils ; il en serait toujours ainsi. L’homme savait que la Loi venait de Dieu, mais il présumait pourtant qu’elle était uniquement la révélation par Dieu à l’homme d’un code de conduite, semblable au genre de lois qu’ils avaient écrites pour eux-mêmes, même s’ils avaient une origine divine. Son but était de contrôler les impulsions de l’homme, d’ordonner sa société et de la guider dans la droiture.

Mais l’homme n’avait pas encore compris que la Loi avait un but plus grand : amener la race humaine au seuil de l’unité avec Dieu lui-même. Son objectif n’est pas simplement de guider l’humanité dans la justice, mais de l’amener dans les bras de Dieu, pleinement révélé dans Jésus-Christ incarné, qui peut rendre l’homme vraiment juste en l’unissant à lui-même. La Loi était et est la préparation de la race humaine à la venue du Sauveur, Notre Seigneur Jésus-Christ, qui a donné la Loi pour attirer l’homme dans ses bras, afin qu’à la fin il puisse faire de notre vie quelque chose de nouveau, infiniment plus grand et plus saint que tout ce que l’adhésion stricte aux règles de la Loi pourrait à elle seule produire.

Et c’est ce que l’Apôtre nous transmet à travers les paroles que nous avons entendues aujourd’hui. « Néanmoins, sachant que ce n’est pas par les œuvres de la loi que l’homme est justifié — écrit-il, — mais par la foi en Jésus-Christ … parce que personne ne sera justifié par les œuvres de la loi » (Galates 2.16). Lorsque nous entendons saint Paul dire de telles choses, nous devons le faire en nous rappelant qu’il était l’un des experts les plus instruits de son époque dans la Loi de Dieu. Il en connaissait chaque lettre, chaque trait, et avait consacré sa vie à la faire respecter. Et c’est précisément cet homme qui dit, un peu plus loin dans sa lettre : « C’est par la loi que je suis mort à la loi, afin de vivre pour Dieu » (2.19). Le saint Apôtre suivit la Loi avec tant de rigueur et de ferveur qu’il lui apparut finalement clairement que la Loi ne pouvait pas, et n’était même pas censée faire, ce qu’il avait si longtemps pensé : à savoir créer une vie juste, une âme pieuse, ou une personne sanctifiée. Non, la Loi a finalement transmis à saint Paul sa faiblesse, sa finitude et son incapacité à se sauver ou à se sanctifier. « Par la Loi, je suis mort à la Loi. » C’est finalement à cette révélation que vient le saint. C’est un moment de profonde compréhension.

Mais pourquoi est-ce que je vous en parle aujourd’hui, ici dans la capitale de notre bien-aimée terre belge ? Ou plutôt, pourquoi la Sainte Église, tous ces siècles après leur rédaction, continue-t-elle à nous rapporter ces paroles personnelles de l’Apôtre ? C’est précisément pour nous aider à comprendre la vérité spirituelle de la vie en Christ telle qu’elle se rapporte à nous, même à notre époque : qu’il ne s’agit pas d’une vie liée à l’observation de la Loi, mais à « vivre pour Dieu », comme le dit saint Paul. La Loi nous pousse vers cela, nous y prépare – mais qu’est-ce que vivre réellement et précisément pour Dieu ?

L’Apôtre répond par ce qui compte parmi ses plus belles paroles, et peut-être parmi les plus belles paroles qu’un homme ait jamais écrites : « J’ai été crucifié avec Christ; et si je vis, ce n’est plus moi qui vis, c’est Christ qui vit en moi; si je vis maintenant dans la chair, je vis dans la foi au Fils de Dieu, qui m’a aimé et qui s’est livré lui-même pour moi » (2.20). Ceci, mes très chers, est le « portrait » personnel de l’apôtre Paul de la vraie vie en Christ. C’est littéralement exactement cela : une vie vécue en communion avec le Sauveur lui-même, unie à lui, de sorte que sa vie et celle de l’homme ne font plus qu’une. « Ce n’est plus moi qui vis, c’est Christ qui vit en moi. » La vie de l’homme peut se rapprocher si près de celle de Dieu, ils peuvent devenir si unis, que lorsque l’homme regarde dans son propre cœur, malgré toute sa faiblesse et sa finitude, il peut voire la présence de Dieu. Une vie humaine peut devenir si sanctifiée que nous pouvons regarder dans les yeux d’un semblable créature de poussière et de terre, et dans le visage qui nous regarde, nous pouvons voir le visage de Dieu lui-même.

Cela va bien au-delà du respect d’un code moral ou de l’adhésion à un ensemble de règles. Oui, ces choses sont importantes. L’Église nous donne la Loi de Dieu comme un outil, une ressource. C’est un don divin pour nous aider à parvenir à une vie chrétienne. Mais ne confondons pas les outils avec la vie elle-même. Nous sommes appelés, chacun de nous, à une vie de communion dans la vie de Dieu. Nous sommes appelés à être si proches de notre Sauveur que nous le percevons en nous-mêmes. Nous sommes appelés à nous transformer à travers cette communion : à devenir de nouvelles créatures, remplies de la vraie vie d’éternité.

Puissions-nous avoir la sagesse de comprendre cette vocation élevée et de vivre chaque jour de manière à l’atteindre. Amen!