Beloved children of the Church in Europe and the British Isles!

As the Orthodox world prepares for the beginning Great and Holy Lent, which is the essential and soul-saving period of ascetical preparation for Pascha, the Resurrection of the Lord, I wish to address our beloved flock with a brief pastoral word about the rite of General Unction (soborovanie), which is celebrated during the lenten period. I have noticed, over the years, that external influences together with a lack of full understanding have crept into the minds of some, by which the unique nature of the rite of General Unction and its place in the fast is not rightly understood, and with God’s help I would like to provide counsel to help us all live more fully within the Tradition of the Church.

The rite of General Unction is in some sense unusual: the Sacrament of Unction is normally served for individuals facing serious illness, at their request and by the determination of the local Priest, in fulfilment of the instruction in the Holy Scriptures: ‘Is any sick among you? let him call for the elders of the church; and let them pray over him, anointing him with oil in the name of the Lord: And the prayer of faith shall save the sick, and the Lord shall raise him up; and if he have committed sins, they shall be forgiven him’ (James 5.14, 15).

The Church, in her pastoral wisdom and care for the spiritual and physical welfare of her flock, understands that Great Lent is a particular time in our annual spiritual lives. During this period of intense fasting and prayer, in which we focus on the ascetical transformation of our lives, we often become more aware of both our spiritual as well as physical infirmities, which too often we overlook in the lamentable spiritual blindness of our our day-to-day lives. The more seriously a man or woman takes the ascesis of the Great Fast, the more such infirmity may be felt — and indeed, may affect us the more severely as we address our true state more honestly and with focus. Thus the Church makes the Sacrament of Unction available during this season ‘generally’; that is, she provides a general celebration of the rite such that, rather than only being served for an individual in his or her specific need, all those who find themselves in need may come and, together, receive the healing they require.

The rite as we celebrate it during Lent is known in Church Slavonic as ‘soborovanie’, which literally means a ‘coming together’, and it is called this for precisely this reason. Those in need of the Sacrament are invited to come together in one place as part of their ascetical labours in the Fast. Initially this was done in large Cathedrals, with the diocesan Bishop serving — and faithful in need of the Sacrament would travel from all the surrounding regions in order to come together with others for such a holy cause. This created a kind of ‘pilgrimage’ spirit to participating in the rite, if I may use that language: faithful living in towns and villages would have to travel to the regional Cathedral, requiring a journey with its accompanying necessities of preparation, planning and transportation (since the cathedral might be quite a distance away), in a similar way to the making of a pilgrimage to holy sites, with which all pious Christians are familiar. At the culmination of this journey was the rite of anointing and healing, which then permitted the individual to return homewards with new strength provided by the Grace of the Sacrament, to carry forward in the ascetical struggles of the Fast.

In the Diaspora, where the merciful Lord has graciously blessed us to live and struggle after our salvation, this has had to be modified somewhat to deal with our pastoral realities. We do not have cathedrals in every region; as such, the lenten rite of General Unction expanded to be celebrated also in larger parishes in a region — but always with the same principle in mind: that it be a ‘coming together’ of faithful from a broad region into one place, involving a sacrifice of time and energy, so that we might receive the Grace of aid from our Saviour.

However, gradually a misunderstanding of this tradition has crept into the minds of too many, by which it is thought that this rite is meant to be served in every parish, and it is principally to this that I wish to speak. Not only has this never been the authentic custom of our Church, but it also sorrowfully transforms the perception of the rite itself, and why and how the Church offers it to us. Yes, the serving of such a rite in every parish would be ‘easier’, and would require ‘less effort’ on the part of individuals and families so that travel isn’t required; but, my dear ones, Great Lent is not a period where we strive for what is easiest or what requires the least of us. It is precisely a season in which we strive to make a greater effort, and deeper sacrifice, so that we might grow spiritually! Our ancestors understood the sacrifice of time and travel required to participate in this rite as part of the ascetical podvig of Lent, and we must fight to reclaim this pious understanding in our own hearts!

Permit me to provide some examples of this. In the British Isles, it is our custom to serve the rite of General Unction during Great Lent only in two places: one in the south of England (at the London Cathedral), and one in the north. Serving these rites are the Bishop and clergy from all the parishes across the British Isles, and faithful come from the whole of the United Kingdom and Ireland — faithful regularly carpool, organise minibuses, takes trains and even ferries and aeroplanes to arrive from Dublin, Stradbally, Belfast, Norfolk, Wales, Scotland and elsewhere, in order to come together for this sacred rite. These journeys in some cases take many hours of travel, but the faithful undertake them, as it were, like pilgrimages to a sacred place, to receive Divine Grace. In Switzerland, we likewise celebrate the rite in the Geneva Cathedral, bringing together clergy and faithful from Geneva, Vevey, Annecy, and further afield. In Benelux we serve in two locations — Brussels and Luxembourg — and faithful travel from all across Belgium, from The Netherlands, even from Germany and elsewhere. Yes, this requires travel, and a sacrifice of time and effort: but this is precisely as it ought to be! And the faithful who piously make such sacrifice find that their spiritual and physical lives bear the fruits of that offering to the Lord.

Thus, my beloved children of the Church, as we draw nearer to the beginning of Great Lent this year, I urge each and all to approach the ascetical sacrifices of the Fast — and especially your approach to the rite of General Unction — in the pious spirit of our forefathers. View the opportunity to make a ‘pilgrimage’ to the rite as a joyful moment of sacrifice for the sake of spiritual growth! Organise cars together with others desirous of receiving the Sacrament, and travel together in expectation of Divine Grace. Say prayers as you journey, to ready your hearts for what is to be received! Take to trains and busses and make for the locations where the rite will be served, grateful that the Church makes ready to help us cast off our customary desire for ease and convenience, where everything ‘comes to us’, and instead provides us with the opportunity to rise up, walk, and go to a place where our lives can receive new strength!

I am convinced that if each Christian takes this seriously, it will bear tremendous fruit in our lives and make Great Lent an even more powerful tool for the conversion of our lives into the expectation of the Lord’s Resurrection.

May He bless you all!

Старая орѳографія / новая

​Возлюбленные​ о Господѣ чада Церкви въ Европѣ и на Британскихъ островахъ!

По мѣрѣ того какъ православный ​міръ​ готовится къ наступленію Великаго и ​Святаго​ поста — этого существеннаго и душеспасительнаго времени аскетическаго приготовленія къ Пасхѣ, Воскресенію Господа, — желаю обратиться къ нашей возлюбленной паствѣ съ краткимъ архипастырскимъ словомъ о чинѣ соборованія, совершаемомъ въ постный періодъ. На протяженіи многихъ ​лѣтъ​ я замѣчаю, что подъ вліяніемъ внѣшнихъ факторовъ и вслѣдствіе неполнаго разумѣнія въ сознаніе нѣкоторыхъ проникло недоразумѣніе, по причинѣ котораго особый характеръ общаго елеосвященія и его мѣсто въ подвигѣ Великаго поста понимаются не вполнѣ вѣрно. Съ Божіей помощью хотѣлъ бы предложить наставленіе, дабы ​всѣмъ​ намъ полнѣе жить въ Преданіи Святой Церкви.

Чинъ общаго елеосвященія въ извѣстномъ смыслѣ необыченъ. Таинство елеосвященія обычно совершается надъ отдѣльными лицами, находящимися въ тяжкой болѣзни, по ихъ прошенію и по разсужденію мѣстнаго священника, во исполненіе наставленія Священнаго Писанія: «Болитъ ли кто въ васъ, да призоветъ пресвитеры ​церковные​, и да помолятся надъ нимъ, ​помазавше​ его елеемъ во имя ​Господне​; и молитва ​вѣры​ спасетъ болящаго, и воздвигнетъ его Господь; и аще грѣхи сотворилъ ​есть​, отпустятся ему» (​Іак. 5, 14–15).

Церковь, въ своей пастырской мудрости и попеченіи о духовномъ и тѣлесномъ благополучіи чадъ своихъ, разумѣетъ, что Великій постъ занимаетъ особое мѣсто въ годичномъ кругѣ нашей духовной жизни. Въ это время усиленнаго поста и молитвы, когда мы сосредотачиваемся на аскетическомъ преображеніи нашей жизни, мы нерѣдко яснѣе осознаемъ какъ ​духовныя​, такъ и ​тѣлесныя​ немощи, ​которыя​ слишкомъ часто остаются незамѣченными въ прискорбной духовной слѣпотѣ повседневности. ​Чѣмъ​ серьезнѣе человѣкъ принимаетъ подвигъ Великаго поста, ​тѣмъ​ ощутимѣе можетъ становиться эта немощь — и тѣмъ сильнѣе она способна воздѣйствовать на насъ, когда мы честно и сосредоточенно взираемъ на свое истинное состояніе. Посему Церковь въ этотъ періодъ дѣлаетъ Таинство елеосвященія доступнымъ «вообще», то ​есть​ предоставляетъ общее совершеніе чина, чтобы не только отдѣльный человѣкъ въ своей особой нуждѣ, но ​всѣ​, ​сознающіе​ свою потребность, могли прійти и вмѣстѣ принять исцѣленіе, въ которомъ нуждаются.

Чинъ, какъ онъ совершается въ дни поста, именуется на ​церковнославянскомъ​ «соборованіе», что буквально означаетъ «собраніе», «соединеніе», и называется такъ именно по этой причинѣ. Нуждающіеся въ Таинствѣ призываются собраться воедино въ одномъ мѣстѣ какъ часть своихъ аскетическихъ трудовъ во время поста. Первоначально это совершалось лишь въ крупныхъ каѳедральныхъ соборахъ, при служеніи Правящаго архіерея; и ​вѣрующіе​, нуждающіеся въ Таинствѣ, стекались изъ всѣхъ окрестныхъ областей, дабы соединиться другъ съ другомъ ради столь ​святаго​ дѣла. ​Темъ​ самымъ участіе въ чинѣ пріобрѣтало своего рода «паломническій» духъ: ​живущіе​ въ городахъ и селеніяхъ должны были направляться въ областной каѳедральный соборъ, предпринимая путь, требующій подготовки, разсужденія и средствъ передвиженія, порой на значительное разстояніе — подобно паломничеству къ святымъ мѣстамъ, хорошо знакомому каждому христіанину. Вѣнцомъ этого пути становилось помазаніе и исцѣленіе, послѣ чего человѣкъ возвращался домой, укрѣпленный благодатью Таинства, чтобы съ новой силой продолжать ​аскетическіе​ подвиги поста.

Въ разсѣяніи, гдѣ Милосердный Господь благоволилъ даровать намъ жизнь и подвигъ ради нашего спасенія, эта практика была отчасти приспособлена къ нашимъ пастырскимъ условіямъ. У насъ нѣтъ каѳедральныхъ соборовъ въ каждомъ регіонѣ; потому великопостный чинъ общаго елеосвященія сталъ совершаться также въ болѣе крупныхъ приходахъ — однако ​неизменно​ съ ​темъ​ же принципомъ: чтобы это было подлинное «собраніе» вѣрныхъ изъ обширной области въ одномъ мѣстѣ, сопряженное съ жертвой времени и силъ, дабы мы могли принять благодатную помощь отъ Спасителя нашего.

Однако постепенно въ сознаніе слишкомъ многихъ проникло ложное представленіе, будто этотъ чинъ долженъ совершаться въ каждомъ приходѣ; именно на это заблужденіе и желаю нынѣ обратить особое вниманіе. Подобное никогда не было подлиннымъ обычаемъ нашей Церкви и, болѣе того, прискорбно искажаетъ само воспріятіе чина — то, почему и какимъ образомъ Церковь преподаетъ его намъ. Да, совершеніе такого чина въ каждомъ приходѣ было бы «проще» и требовало бы «меньше усилій» отъ отдѣльныхъ людей и семей, избавляя отъ необходимости путешествовать; но, ​возлюбленные​ мои, Великій постъ — не время искать наилегчайшаго или требующаго отъ насъ наименьшаго. Напротивъ, это время, когда мы стремимся къ большему усилію и большей жертвѣ, дабы возрастать духовно! Наши предки воспринимали жертву времени и пути, необходимую для участія въ этомъ чинѣ, какъ часть великопостнаго аскетическаго подвига; и намъ надлежитъ подвизаться, чтобы вновь обрѣсти это благочестивое пониманіе въ собственныхъ сердцахъ.

Позвольте привести ​нѣкоторые​ примѣры. На Британскихъ островахъ установился обычай совершать чинъ соборованія въ теченіе Великаго поста лишь въ двухъ мѣстахъ: на югѣ Англіи — въ Лондонскомъ каѳедральномъ соборѣ — и на сѣверѣ. Въ этихъ богослуженіяхъ участвуютъ архіерей и духовенство со всѣхъ приходовъ Британскихъ острововъ, а ​вѣрные​ съѣзжаются со всего Соединеннаго Королевства и Ирландіи. Нерѣдко ​они​ объединяются для совмѣстныхъ поѣздокъ на автомобиляхъ, нанимаютъ микроавтобусы, пользуются поѣздами, а порой даже паромами и самолетами, прибывая изъ Дублина, ​Страдбалли​, Белфаста, Норфолка, Уэльса, Шотландіи и иныхъ мѣстъ, чтобы вмѣстѣ участвовать въ этомъ священномъ чинѣ. Иногда такіе путешествія занимаютъ многіе часы, но ​вѣрные​ предпринимаютъ ихъ, подобно паломничеству къ святынѣ, ради принятія Божественной благодати. Въ Швейцаріи мы также совершаемъ этотъ чинъ въ Женевскомъ каѳедральномъ соборѣ, собирая духовенство и вѣрныхъ изъ Женевы, ​Веве​, ​Анси​ и другихъ мѣстъ. Въ странахъ Бенилюкса богослуженіе совершается въ двухъ городахъ — Брюсселѣ и Люксембургѣ — и ​вѣрующіе​ пріѣзжаютъ со всей Бельгіи, изъ Нидерландовъ, даже изъ Германіи и иныхъ странъ. Да, это требуетъ пути и жертвы времени и силъ — но именно такъ и должно быть! И тѣ, кто благоговѣйно приноситъ эту жертву, обрѣтаютъ въ духовной и тѣлесной жизни ​обильные​ плоды своего приношенія Господу.

Итакъ, ​возлюбленные​ чада Церкви, по мѣрѣ приближенія Великаго поста въ нынѣшнемъ году призываю каждаго изъ васъ приступать къ аскетическимъ жертвамъ поста — и особенно къ участію въ чинѣ общаго елеосвященія — въ благочестивомъ духѣ нашихъ предковъ. Воспринимайте возможность совершить своего рода «паломничество» къ этому чину какъ радостное жертвенное приношеніе ради духовнаго возрастанія. Объединяйтесь съ другими желающими принять Таинство, устраивайте ​совмѣстныя​ поѣздки и отправляйтесь въ путь въ ожиданіи Божественной благодати. Молитесь во время дороги, дабы приготовить сердца къ принятію дара! Пользуйтесь поѣздами и автобусами, направляйтесь туда, гдѣ будетъ совершаться чинъ, благодаря Церковь за то, что она помогаетъ намъ отвергнуть привычное стремленіе къ удобству, когда ​все «приходитъ къ намъ», и вмѣсто этого даетъ возможность возстать, пойти и прійти туда, гдѣ наша жизнь можетъ получить новое укрѣпленіе.

Убѣжденъ, что если каждый христіанинъ восприметъ это со всей серьезностью, то это принесетъ ​обильные​ плоды въ нашей жизни и сдѣлаетъ Великій постъ еще болѣе дѣйственнымъ средствомъ обращенія нашей жизни къ ожиданію Воскресенія Господня.

Да благословитъ васъ всѣхъ Господь!

Возлюбленные о Господе чада Церкви в Европе и на Британских островах!

По мере того как православный мир готовится к наступлению Великого и Святого поста — этого существенного и душеспасительного времени аскетического приготовления к Пасхе, Воскресению Господа, — желаю обратиться к нашей возлюбленной пастве с кратким архипастырским словом о чине соборования, совершаемом в постный период. На протяжении многих лет я замечаю, что под влиянием внешних факторов и вследствие неполного разумения в сознание некоторых проникло недоразумение, по причине которого особый характер общего елеосвящения и его место в подвиге Великого поста понимаются не вполне верно. С Божией помощью хотел бы предложить наставление, дабы всем нам полнее жить в Предании Святой Церкви.

Чин общего елеосвящения в известном смысле необычен. Таинство елеосвящения обычно совершается над отдельными лицами, находящимися в тяжкой болезни, по их прошению и по рассуждению местного священника, во исполнение наставления Священного Писания: «Болит ли кто в вас, да призовет пресвитеры церковныя, и да помолятся над ним, помазавше его елеем во имя Господне; и молитва веры спасет болящаго, и воздвигнет его Господь; и аще грехи сотворил есть, отпустятся ему» (Иак. 5, 14–15).

Церковь, в своей пастырской мудрости и попечении о духовном и телесном благополучии чад своих, разумеет, что Великий пост занимает особое место в годичном круге нашей духовной жизни. В это время усиленного поста и молитвы, когда мы сосредотачиваемся на аскетическом преображении нашей жизни, мы нередко яснее осознаем как духовные, так и телесные немощи, которые слишком часто остаются незамеченными в прискорбной духовной слепоте повседневности. Чем серьезнее человек принимает подвиг Великого поста, тем ощутимее может становиться эта немощь — и тем сильнее она способна воздействовать на нас, когда мы честно и сосредоточенно взираем на свое истинное состояние. Посему Церковь в этот период делает Таинство елеосвящения доступным «вообще», то есть предоставляет общее совершение чина, чтобы не только отдельный человек в своей особой нужде, но все, сознающие свою потребность, могли прийти и вместе принять исцеление, в котором нуждаются.

Чин, как он совершается в дни поста, именуется на церковнославянском «соборование», что буквально означает «собрание», «соединение», и называется так именно по этой причине. Нуждающиеся в Таинстве призываются собраться воедино в одном месте как часть своих аскетических трудов во время поста. Первоначально это совершалось лишь в крупных кафедральных соборах, при служении Правящего архиерея; и верующие, нуждающиеся в Таинстве, стекались из всех окрестных областей, дабы соединиться друг с другом ради столь святого дела. Тем самым участие в чине приобретало своего рода «паломнический» дух: живущие в городах и селениях должны были направляться в областной кафедральный собор, предпринимая путь, требующий подготовки, рассуждения и средств передвижения, порой на значительное расстояние — подобно паломничеству к святым местам, хорошо знакомому каждому христианину. Венцом этого пути становилось помазание и исцеление, после чего человек возвращался домой, укрепленный благодатью Таинства, чтобы с новой силой продолжать аскетические подвиги поста.

В рассеянии, где Милосердный Господь благоволил даровать нам жизнь и подвиг ради нашего спасения, эта практика была отчасти приспособлена к нашим пастырским условиям. У нас нет кафедральных соборов в каждом регионе; потому великопостный чин общего елеосвящения стал совершаться также в более крупных приходах — однако неизменно с тем же принципом: чтобы это было подлинное «собрание» верных из обширной области в одном месте, сопряжённое с жертвой времени и сил, дабы мы могли принять благодатную помощь от Спасителя нашего.

Однако постепенно в сознание слишком многих проникло ложное представление, будто этот чин должен совершаться в каждом приходе; именно на это заблуждение и желаю ныне обратить особое внимание. Подобное никогда не было подлинным обычаем нашей Церкви и, более того, прискорбно искажает само восприятие чина — то, почему и каким образом Церковь преподает его нам. Да, совершение такого чина в каждом приходе было бы «проще» и требовало бы «меньше усилий» от отдельных людей и семей, избавляя от необходимости путешествовать; но, возлюбленные мои, Великий пост — не время искать наилегчайшего или требующего от нас наименьшего. Напротив, это время, когда мы стремимся к большему усилию и большей жертве, дабы возрастать духовно! Наши предки воспринимали жертву времени и пути, необходимую для участия в этом чине, как часть великопостного аскетического подвига; и нам надлежит подвизаться, чтобы вновь обрести это благочестивое понимание в собственных сердцах.

Позвольте привести некоторые примеры. На Британских островах установился обычай совершать чин соборования в течение Великого поста лишь в двух местах: на юге Англии — в Лондонском кафедральном соборе — и на севере. В этих богослужениях участвуют архиерей и духовенство со всех приходов Британских островов, а верные съезжаются со всего Соединенного Королевства и Ирландии. Нередко они объединяются для совместных поездок на автомобилях, нанимают микроавтобусы, пользуются поездами, а порой даже паромами и самолётами, прибывая из Дублина, Страдбалли, Белфаста, Норфолка, Уэльса, Шотландии и иных мест, чтобы вместе участвовать в этом священном чине. Иногда такие путешествия занимают многие часы, но верные предпринимают их, подобно паломничеству к святыне, ради принятия Божественной благодати. В Швейцарии мы также совершаем этот чин в Женевском кафедральном соборе, собирая духовенство и верных из Женевы, Веве, Анси и других мест. В странах Бенилюкса богослужение совершается в двух городах — Брюсселе и Люксембурге — и верующие приезжают со всей Бельгии, из Нидерландов, даже из Германии и иных стран. Да, это требует пути и жертвы времени и сил — но именно так и должно быть! И те, кто благоговейно приносит эту жертву, обретают в духовной и телесной жизни обильные плоды своего приношения Господу.

Итак, возлюбленные чада Церкви, по мере приближения Великого поста в нынешнем году призываю каждого из вас приступать к аскетическим жертвам поста — и особенно к участию в чине общего елеосвящения — в благочестивом духе наших предков. Воспринимайте возможность совершить своего рода «паломничество» к этому чину как радостное жертвенное приношение ради духовного возрастания. Объединяйтесь с другими желающими принять Таинство, устраивайте совместные поездки и отправляйтесь в путь в ожидании Божественной благодати. Молитесь во время дороги, дабы приготовить сердца к принятию дара! Пользуйтесь поездами и автобусами, направляйтесь туда, где будет совершаться чин, благодаря Церковь за то, что она помогает нам отвергнуть привычное стремление к удобству, когда все «приходит к нам», и вместо этого дает возможность восстать, пойти и прийти туда, где наша жизнь может получить новое укрепление.

Убежден, что если каждый христианин воспримет это со всей серьезностью, то это принесет обильные плоды в нашей жизни и сделает Великий пост еще более действенным средством обращения нашей жизни к ожиданию Воскресения Господня.

Да благословит вас всех Господь!