Выберите язык | Select Language | Choisir la langue
На каком языке Вы желаете читать статьи на этом сайте? | In which language do you wish to read articles on this site? | Dans quelle langue souhaitez-vous lire les articles de ce site ?
‘Today, the Mother of God shows us that it is not Christ alone Who rises from the dead: it is the whole of human creation’: Sermon of Bishop Irenei on the Feast of the Dormition.
«Днесь Матерь Божія являетъ намъ, что не Христосъ единый воскресаетъ изъ мертвыхъ: воскресаетъ весь родъ человѣческій»: Проповѣдь епископа Иринея въ праздникъ Успенія Пресвятыя Богородицы.
« Aujourd’hui, la Mère de Dieu nous révèle que ce n’est pas le Christ seul qui ressuscite d’entre les morts : c’est tout le genre humain » : Homélie de Mgr Irénée en la fête de la Dormition de la Très Sainte Mère de Dieu.
English:
The following homily was preached by His Grace Bishop Irenei of London and Western Europe in the London Cathedral of the Nativity of the Mother of God and the Holy Royal Martyrs, on the Feast of the Dormition of the Theotokos, 15 / 28 August 2026.
In the Name of the Father and of the Son and of the Holy Spirit:
Today, the Mother of Life is laid in a tomb — she who had lain her own Son, the Bestower of Life and Life Himself, in a tomb hewn from stone; she who had discovered that tomb empty and beheld her dead Son, alive; she who now follows the path of all flesh and enters into the bosom of her forefathers. The Theotokos is buried with reverence, for those dear to her knew what a treasure it was they were charged to lay in the earth: a woman who had untied the knot of sin first tied by Eve; who had conversed with the Archangel unto life, where her first ancestor had entertained the devil unto death; who had been filled with grace to cause babes to leap in wombs; who had born and mothered and stood beside the Eternal Son of the Father, yet flesh of her flesh, and presented Him unto the world as the Saviour of all mankind. This is the treasure ‘in an earthen vessel’ (cf. 2 Corinthians 4.7), borne in a funeral procession to the tomb destined to embrace God’s Mother. This was the gift that the people of those blessed days felt and knew had been given to them, to the whole world, and was now taken from them unto rest.
Yet the Lord’s love for His Mother held new mysteries in store for the pious who flocked to her funeral procession — the Apostles, borne thereto on clouds from all corners of the earth; disciples, friends, and those to whom the Theotokos had ministered. For what the Theotokos and the other myrrh-bearing women had beheld, years before, at the tomb in Jerusalem — the Saviour’s victory over death and the triumph of un-defeatable Life — had not been solely a sign or testimony. His resurrection from the dead was the forging of a new path for the human race; the opening of a new door into His Kingdom. And today, the day of Our Lady’s blessed dormition, we behold this path being followed, the threshold of this door being crossed. For the Saviour would not abide His Mother to lie enclosed forever in the tomb, any more than He desires that any of His creatures should remain in death. He therefore raised up his blessed Mother, bodily, from her grave, and drew her into the heavenly mansions of His Father (cf. John 14.2), such that the tomb would be found empty by those who would bear testimony of this divine event to the whole of history.
Truly, as the hymnographer cries, ‘in falling asleep the Theotokos did not forsake the world, but passed into life as the Mother of Life’ (cf. tropar of the Feast)! And so it is true, also, that ‘neither the tomb nor death had power over her — for she was translated into Life by Him Who dwelt within her ever-virginal womb’ (cf. kondak of the Feast). And this mystery was revealed unto the world, through the testimony of the Apostle Thomas and those with him, in order that the truth of the Resurrection might be known to us all. It is not Christ alone Who rises from the dead: it is the whole of human creation. Though the bodies of those in repose lie in the graves awaiting the day of His coming, there shall truly come indeed a day when they shall be lifted up, raised anew in glory, to meet the Lord in the glorified earth (cf. 1 Thessalonians 4.16–17). Each man, each woman, shall arise anew, divine life coursing through their veins, and shall stand before God, face to face. And we know this to be true, we boldly and fearlessly bear testimony of its truth, because we have seen it already! We, together with the Apostles and disciples, this very day behold the Theotokos — child of Adam, daughter of Eve, one of us — bodily risen from the tomb. We behold the life of our sister, our mother, our friend and teacher, drawn out of the grave and translated into unending life.
Today the whole Orthodox world rejoices, for today the Pascha of the Lord is revealed as the Pascha, too, of His creatures. The handiwork joins the Creator, life borne into Life. The Mother of God has died, has been buried, yet sits enthroned with her Divine Son, bodily translated from earth to heaven. And from this comes the triumphal proclamation of the present Feast: Life triumphs over death, for the Lord and for His beloved! And you, each of you: when you feel weak, tired, defeated — call upon the memory of this sacred Feast. Behold a woman in the frail disintegration of death itself, restored to life. When you feel overcome by worldly concerns, when the demon of despair whispers in your ear: remind yourself of the girl who spoke to an angel, who beheld sorrow and dishonour, who entered into death — yet who was lifted up unto life. When you feel that your nature plagues you, your flesh stifles you, your very bones and blood work against you: remember Our Lady, flesh and bone and of the same nature as yours, lifted bodily from the dark tomb, in her flesh to stand again with her Son.
And so too shall you, and each of us, in the day of His second coming. Let us therefore dedicate ourselves now to preparing for that day, that we might meet it with joy and not with fear. May we live worthily of the Life to come, and may the most pure and ever-virgin Mother of our God, maternally guide each of us along the path of repentant joy that may bring us to eternity in His embrace.
Most holy Theotokos, save us! Amen.
Русскiй:
Старая орѳографія
Новая орфография
Нижеслѣдующая проповѣдь была произнесена Его Преосвященствомъ епископомъ Лондонскимъ и Западно-Европейскимъ Иринеемъ въ Лондонскомъ каѳедральномъ соборѣ Рождества Пресвятой Богородицы и святыхъ Царственныхъ мучениковъ, въ праздникъ Успенія Пресвятыя Богородицы, 15 / 28 августа 2026 г.
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа:
Днесь Матерь Жизни полагается во гробъ — та, которая положила во гробѣ, высѣченномъ изъ камени, Своего собственнаго Сына, Подателя Жизни и Самую Жизнь; та, которая узрѣла сей гробъ пустымъ и увидѣла умершаго Сына Своего живымъ; та, которая нынѣ проходитъ путемъ всякой плоти и входитъ въ нѣдра праотцевъ. Богородица погребается съ благоговѣніемъ, ибо близкіе ея знали, какое сокровище ввѣрено имъ предать землѣ: жену, разрѣшившую узелъ грѣха, впервые завязанный Евою; бесѣдовавшую съ Архангеломъ ко жизни, тогда какъ праматерь ея вступила въ бесѣду съ діаволомъ къ смерти; исполненную благодати, отъ которой взыграли младенцы во чревахъ; родившую, воспитавшую и стоявшую у Креста Предвѣчнаго Сына Отча, содѣлавшагося плотью отъ плоти ея, и явившую Его міру какъ Спасителя всего человѣческаго рода. Вотъ то сокровище, которое мы носимъ «въ скудѣльныхъ сосудѣхъ» (ср. 2 Кор. 4, 7), — сокровище, несомое крестнымъ ходомъ ко гробу, предназначенному пріять Матерь Божію. Таковъ былъ даръ, который люди сихъ благословенныхъ дней чувствовали и знали даннымъ имъ, всему міру, — и который нынѣ отнимался отъ нихъ ко упокоенію.
Но любовь Господа къ Своей Матери уготовала новыя таинства для благочестивыхъ, стекшихся къ ея погребальному шествію: для Апостоловъ, принесенныхъ на облацѣхъ со всѣхъ концовъ земли, для учениковъ, друзей и всѣхъ тѣхъ, кому служила Пресвятая Богородица. Ибо то, что Богородица и прочія жены-мироносицы увидѣли за нѣсколько лѣтъ до того у гроба во Іерусалимѣ, — побѣду Спасителя надъ смертію и торжество непобѣдимой Жизни, — было не только знаменіемъ или свидѣтельствомъ. Воскресеніе Его изъ мертвыхъ пролагало новый путь для рода человѣческаго, отверзало новую дверь въ Его Царство. И нынѣ, въ день блаженнаго успенія Владычицы нашей, мы зримъ, какъ проходятъ симъ путемъ, какъ переступаютъ чрезъ порогъ сей двери. Ибо Спаситель не восхотѣлъ оставить Матерь Свою навѣки заключенною во гробѣ, какъ не желаетъ Онъ, чтобы кто-либо изъ созданій Его пребывалъ во смерти. Посему Онъ воздвигъ изъ гроба Преблагословенную Матерь Свою, тѣлесно, и возвелъ ее въ небесныя обители Отца Своего (ср. Ин. 14, 2), такъ что гробъ ея обрѣтенъ былъ пустымъ тѣми, кому надлежало засвидѣтельствовать о семъ Божественномъ событіи предъ всѣми поколѣніями.
Воистину, какъ восклицаетъ пѣснописецъ: «Во успеніи міра не оставила еси, Богородице, преставилася еси къ Животу, Мати сущи Живота» (ср. тропарь праздника)! И потому истинно также, что «ни гробъ, ни смерть не возмогоста удержати Богородицу» (ср. кондакъ праздника), ибо она преложена была къ Жизни Тѣмъ, Кто вселился во всегда-дѣвственную утробу ея. И таинство сіе открылось міру чрезъ свидѣтельство Апостола Ѳомы и бывшихъ съ нимъ, дабы истина воскресенія стала извѣстна всѣмъ намъ. Не Христосъ единый воскресаетъ изъ мертвыхъ: воскресаетъ весь родъ человѣческій. Хотя тѣла почившихъ лежатъ во гробахъ, ожидая дня Его пришествія, но воистину придетъ день, когда они будутъ воздвигнуты, возстанутъ въ славѣ и срѣтятъ Господа въ преображенномъ мірѣ (ср. 1 Сол. 4, 16–17). Каждый мужъ, каждая жена возстанетъ обновленною; Божественная жизнь будетъ течь въ жилахъ ихъ, и они предстанутъ предъ Богомъ лицемъ къ лицу. И мы знаемъ, что сіе истинно; дерзновенно и безъ страха свидѣтельствуемъ объ этой истинѣ, ибо уже видѣли ее. Мы, вмѣстѣ съ Апостолами и учениками, въ самый сей день зримъ Богородицу — чадо Адамово, дщерь Евы, одну изъ насъ, — тѣлесно возставшею изъ гроба. Мы зримъ жизнь нашей сестры, нашей матери, нашей другини и наставницы, изведенную изъ могилы и преложенную въ жизнь безконечную.
Днесь весь православный міръ радуется, ибо днесь Пасха Господня открывается и какъ Пасха Его созданій. Созданіе соединяется съ Творцомъ; жизнь вводится въ Жизнь. Матерь Божія умерла, была погребена, но нынѣ тѣлесно вознесена отъ земли на небо и возсѣдаетъ съ Божественнымъ Сыномъ Своимъ. Отсюда и торжественное возвѣщеніе нынѣшняго праздника: жизнь побѣждаетъ смерть — для Господа и для возлюбленныхъ Его!
Въ свѣтѣ сего таинства, къ каждому изъ васъ лично обращается слово: Когда чувствуешь себя немощнымъ, утомленнымъ, побѣжденнымъ, — призывай въ память сей священный праздникъ. Воззри на жену, пребывавшую въ самомъ немощномъ распаденіи смерти и возстановленную къ жизни. Когда тяготятъ тебя житейскія попеченія, когда демонъ отчаянія шепчетъ тебѣ на ухо, — вспомни Дѣву, бесѣдовавшую съ Ангеломъ, видѣвшую скорбь и поруганіе, вошедшую во смерть, но возведенную къ Жизни. Когда чувствуешь, что самое естество твое мучитъ тебя, плоть удушаетъ, самыя кости и кровь возстаютъ противъ тебя, — помни Владычицу нашу: плоть отъ плоти твоей и кость отъ кости твоей, единосущную тебѣ по человѣчеству, тѣлесно возведенную изъ темнаго гроба, дабы вновь предстоять во плоти Сыну Своему.
Такъ же возстанешь и ты, какъ и каждый изъ насъ, въ день второго Его пришествія. Посему посвятимъ нынѣ самихъ себя приготовленію къ сему дню, дабы встрѣтить его съ радостію, а не со страхомъ. Будемъ жить достойно грядущей Жизни; и да наставляетъ Пречистая и Приснодѣвственная Матерь Бога нашего каждаго изъ насъ матерински на путь покаянной радости, приводящій насъ въ вѣчность, въ объятія Его.
Пресвятая Богородице, спаси насъ! Аминь.
Нижеследующая проповедь была произнесена Его Преосвященством епископом Лондонским и Западно-Европейским Иринеем в Лондонском кафедральном соборе Рождества Пресвятой Богородицы и святых Царственных мучеников, в праздник Успения Пресвятой Богородицы, 15 / 28 августа 2026 г.
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа:
Днесь Матерь Жизни полагается во гроб — та, которая положила во гробе, высеченном из камени, Своего собственного Сына, Подателя Жизни и Самую Жизнь; та, которая узрела сей гроб пустым и увидела умершего Сына Своего живым; та, которая ныне проходит путем всякой плоти и входит в недра праотцев. Богородица погребается с благоговением, ибо близкие ее знали, какое сокровище вверено им предать земле: жену, разрешившую узел греха, впервые завязанный Евой; беседовавшую с Архангелом ко жизни, тогда как праматерь ее вступила в беседу с диаволом к смерти; исполненную благодати, от которой взыграли младенцы во чревах; родившую, воспитавшую и стоявшую у Креста Предвечного Сына Отча, соделавшегося плотью от плоти ее, и явившую Его миру как Спасителя всего человеческого рода. Вот то сокровище, которое мы носим «в скудельных сосудах» (ср. 2 Кор. 4, 7), — сокровище, несомое крестным ходом ко гробу, предназначенному приять Матерь Божию. Таков был дар, который люди сих благословенных дней чувствовали и знали данным им, всему миру, — и который ныне отнимался от них ко упокоению.
Но любовь Господа к Своей Матери уготовала новые таинства для благочестивых, стекшихся к ее погребальному шествию: для Апостолов, принесенных на облаках со всех концов земли, для учеников, друзей и всех тех, кому служила Пресвятая Богородица. Ибо то, что Богородица и прочие жены-мироносицы увидели за несколько лет до того у гроба во Иерусалиме, — победу Спасителя над смертью и торжество непобедимой Жизни, — было не только знамением или свидетельством. Воскресение Его из мертвых пролагало новый путь для рода человеческого, отверзало новую дверь в Его Царство. И ныне, в день блаженного успения Владычицы нашей, мы зрим, как проходят сим путем, как переступают через порог сей двери. Ибо Спаситель не восхотел оставить Матерь Свою навеки заключенною во гробе, как не желает Он, чтобы кто-либо из созданий Его пребывал во смерти. Посему Он воздвиг из гроба Преблагословенную Матерь Свою телесно и возвел ее в небесные обители Отца Своего (ср. Ин. 14, 2), так что гроб ее обретен был пустым теми, кому надлежало засвидетельствовать о сем Божественном событии пред всеми поколениями.
Воистину, как восклицает песнописец: «Во успении мира не оставила еси, Богородице, преставилася еси к Животу, Мати сущи Живота» (ср. тропарь праздника)! И потому истинно также, что «ни гроб, ни смерть не возмогоста удержати Богородицу» (ср. кондак праздника), ибо она преложена была к Жизни Тем, Кто вселился во всегда-девственную утробу ее. И таинство сие открылось миру чрез свидетельство Апостола Фомы и бывших с ним, дабы истина воскресения стала известна всем нам. Не Христос единый воскресает из мертвых: воскресает весь род человеческий. Хотя тела почивших лежат во гробах, ожидая дня Его пришествия, но воистину придет день, когда они будут воздвигнуты, восстанут во славе и встретят Господа в преображенном мире (ср. 1 Сол. 4, 16–17). Каждый муж, каждая жена восстанет обновленною; Божественная жизнь будет течь в жилах их, и они предстанут пред Богом лицом к лицу. И мы знаем, что сие истинно; дерзновенно и без страха свидетельствуем об этой истине, ибо уже видели ее. Мы, вместе с Апостолами и учениками, в самый сей день зрим Богородицу — чадо Адамово, дочь Евы, одну из нас, — телесно восставшею из гроба. Мы зрим жизнь нашей сестры, нашей матери, нашей другини и наставницы, изведенную из могилы и преложенную в жизнь бесконечную.
Днесь весь православный мир радуется, ибо днесь Пасха Господня открывается и как Пасха Его созданий. Создание соединяется с Творцом; жизнь вводится в Жизнь. Матерь Божия умерла, была погребена, но ныне телесно вознесена от земли на небо и восседает с Божественным Сыном Своим. Отсюда и торжественное возвещение нынешнего праздника: жизнь побеждает смерть — для Господа и для возлюбленных Его!
В свете сего таинства к каждому из вас лично обращается слово: когда чувствуешь себя немощным, утомленным, побежденным, — призывай в память сей священный праздник. Воззри на жену, пребывавшую в самом немощном распадении смерти и восстановленную к жизни. Когда тяготят тебя житейские попечения, когда демон отчаяния шепчет тебе на ухо, — вспомни Деву, беседовавшую с Ангелом, видевшую скорбь и поругание, вошедшую во смерть, но возведенную к Жизни. Когда чувствуешь, что самое естество твое мучит тебя, плоть удушает, самые кости и кровь восстают против тебя, — помни Владычицу нашу: плоть от плоти твоей и кость от кости твоей, единосущную тебе по человечеству, телесно возведенную из темного гроба, дабы вновь предстоять во плоти Сыну Своему.
Так же восстанешь и ты, как и каждый из нас, в день второго Его пришествия. Посему посвятим ныне самих себя приготовлению к сему дню, дабы встретить его с радостью, а не со страхом. Будем жить достойно грядущей Жизни; и да наставляет Пречистая и Приснодевственная Матерь Бога нашего каждого из нас матерински на путь покаянной радости, приводящий нас в вечность, в объятия Его.
Пресвятая Богородице, спаси нас! Аминь.
Français:
L’homélie qui suit a été prononcée par Son Excellence l’évêque Irénée de Londres et d’Europe occidentale en la cathédrale de Londres de la Nativité de la Mère de Dieu et des saints Martyrs impériaux, en la fête de la Dormition de la Très Sainte Mère de Dieu, le 15 / 28 août 2026.
Au nom du Père, du Fils et du Saint-Esprit :
Aujourd’hui, la Mère de la Vie est déposée dans le tombeau — elle qui avait déposé son propre Fils, le Donateur de la Vie et la Vie elle-même, dans un tombeau taillé dans la pierre ; elle qui avait découvert ce tombeau vide et contemplé vivant son Fils jadis mort ; elle qui suit à présent le chemin de toute chair et entre dans le sein de ses pères. La Mère de Dieu est ensevelie avec vénération, car ceux qui lui étaient proches savaient quel trésor il leur était confié de remettre à la terre : une Femme qui avait délié le nœud du péché noué jadis par Ève ; qui avait conversé avec l’Archange pour la vie, là où sa première mère avait conversé avec le diable pour la mort ; qui avait été comblée de grâce au point de faire tressaillir les enfants dans le sein de leurs mères ; qui avait porté, enfanté, élevé et accompagné le Fils éternel du Père — devenu chair de sa chair — et L’avait manifesté au monde comme le Sauveur de tout le genre humain. Tel est le trésor « dans des vases d’argile » (cf. 2 Co 4, 7), porté en procession funèbre vers le tombeau destiné à recevoir la Mère de Dieu. Tel était le don que les hommes de ces jours bénis savaient avoir été accordé à eux-mêmes et au monde entier, et qui leur était alors retiré pour entrer dans le repos.
Mais l’amour du Seigneur pour sa Mère réservait de nouveaux mystères aux pieux fidèles accourus à ses funérailles : aux Apôtres, portés sur les nuées depuis les quatre extrémités de la terre ; aux disciples, aux amis, et à tous ceux auxquels la Mère de Dieu avait porté assistance. Car ce que la Mère de Dieu et les autres femmes myrophores avaient contemplé, quelques années auparavant, au tombeau de Jérusalem — la victoire du Sauveur sur la mort et le triomphe de la Vie invincible — n’était pas seulement un signe ou un témoignage. Sa Résurrection d’entre les morts traçait une voie nouvelle pour le genre humain et ouvrait une porte nouvelle sur Son Royaume. Et aujourd’hui, au jour de la bienheureuse Dormition de notre Souveraine, nous contemplons cette voie empruntée et le seuil de cette porte franchi. Car le Sauveur ne voulut pas que Sa Mère demeurât à jamais enfermée dans le tombeau, pas plus qu’Il ne veut qu’aucune de Ses créatures demeure dans la mort. C’est pourquoi Il releva corporellement de son tombeau Sa Mère toute-bénie et l’éleva dans les demeures célestes de Son Père (cf. Jn 14, 2), de sorte que son sépulcre fut trouvé vide par ceux qui devaient témoigner de cet évènement divin devant toutes les générations.
En vérité, comme le proclame l’hymnographe : « Dans ta Dormition, ô Mère de Dieu, tu n’as pas abandonné le monde, mais tu es passée à la Vie, étant la Mère de la Vie ! » Et il est tout aussi vrai que « ni le tombeau ni la mort ne purent retenir la Mère de Dieu », car elle fut transférée à la Vie par Celui qui avait demeuré dans son sein toujours virginal. Ce mystère fut révélé au monde par le témoignage de l’Apôtre Thomas et de ceux qui étaient avec lui, afin que la vérité de la résurrection nous soit connue à tous. Ce n’est pas le Christ seul qui ressuscite d’entre les morts : c’est toute la nature humaine. Les corps de ceux qui reposent demeurent certes dans leurs tombeaux, attendant le jour de Son avènement ; mais viendra véritablement le jour où ils seront relevés et ressusciteront dans la gloire, pour aller à la rencontre du Seigneur dans le monde transfiguré (cf. 1 Th 4, 16–17). Chaque homme et chaque femme se lèveront renouvelés ; la vie divine coulera dans leurs veines, et ils se tiendront devant Dieu, face à face. Et nous savons que cela est vrai ; nous en rendons témoignage avec assurance et sans crainte, car nous l’avons déjà contemplé. Nous contemplons aujourd’hui même, avec les Apôtres et les disciples, la Mère de Dieu — enfant d’Adam, fille d’Ève, l’une des nôtres — relevée corporellement du tombeau. Nous voyons la vie de notre sœur, de notre Mère, de notre amie et de notre maîtresse, tirée du sépulcre et transférée dans la vie sans fin.
Aujourd’hui, le monde orthodoxe tout entier se réjouit, car la Pâque du Seigneur se révèle aussi comme la Pâque de Ses créatures. L’œuvre de Ses mains rejoint le Créateur ; la vie est portée dans la Vie. La Mère de Dieu est morte et a été ensevelie ; mais elle siège à présent avec son divin Fils, corporellement transférée de la terre au ciel. De là procède la proclamation triomphale de la fête présente : la vie triomphe de la mort — pour le Seigneur et pour Ses bien-aimés !
Et vous, chacun de vous : lorsque vous vous sentez faibles, las ou vaincus, rappelez-vous cette sainte fête. Contemplez une Femme, présente dans la fragile désagrégation même de la mort, rendue à la vie. Lorsque les soucis du monde vous accablent et que le démon du désespoir vous murmure à l’oreille, souvenez-vous de la jeune Fille qui parla avec un ange, qui connut la douleur et l’opprobre, qui entra dans la mort, mais qui fut élevée vers la Vie. Lorsque vous sentez votre propre nature vous tourmenter, votre chair vous étouffer, vos os mêmes et votre sang se dresser contre vous, souvenez-vous de notre Souveraine : chair et os comme nous, de même nature humaine que la nôtre, élevée corporellement hors du sombre tombeau, pour se tenir à nouveau dans sa chair auprès de son Fils.
Ainsi vous aussi, et chacun de nous, ressusciterez au jour de Son second avènement. Consacrons-nous donc dès maintenant à nous préparer à ce jour, afin de l’accueillir dans la joie et non dans la crainte. Vivons d’une manière digne de la Vie à venir ; et que la très pure et toujours-vierge Mère de notre Dieu guide maternellement chacun de nous sur le chemin de la joie pénitente qui nous conduit à l’éternité, dans Ses bras.
Très sainte Mère de Dieu, sauve-nous ! Amen.
Latest Свѣжіе:
You must be logged in to post a comment.